Слова, рожденные страданьем,
Душе нужны, душе нужны.
Я не отдам себя молчаньям,
Слова как знаки нам даны.
Но сторожит молчаний демон
Колодцы черные свои.
Иду — и знаю: страшен тем он,
Кто пил от горестной струи.
Слова в душе — ножи и копья…
Но воплощенные, в устах -
Они как тающие хлопья,
Как снежный дым, как дымный прах.
Ты лет мгновенный их не встретил,
Бессильный зов не услыхал,
Едва рожденным — не ответил,
Детей, детей не удержал!
Молчанье хитрое смеется:
Они мои, они во мне,
Пускай умрут в моем колодце,
На самом дне, на самом дне…
О друг последний мой! Кому же,
Кому сказать? Куда идти?
Пути всё уже, уже, уже…
Смотри: кончаются пути.
* * *
Февраль 1913
СПБ
НАПРАСНО
Я и услышу, и пойму,
А все-таки молчи.
Будь верен сердцу своему,
Храни его ключи.
Я пониманьем — оскорблю,
Не оттого, что не люблю,
А оттого, что скорбь — твоя,
А я не ты, и ты не я.
И пусть другой не перейдет
Невидимый порог.
Душа раскрытая — умрет,
Как сорванный цветок.
Мы два различных бытия.
Мы зеркала — и ты, и я.
Я всё возьму и углублю,
Но, отражая,— преломлю.
Твоя душа… Не оттого ль
Даю так много ей,
Что всё равно чужая боль
Не может быть моей?
Страдать достойней одному.
Пусть я жалею и пойму -
Любви и жалости не верь,
Не открывай святую дверь,
Храни, храни ее ключи,
И задыхайся — и молчи.
* * *
Февраль 1913
СПБ
|
