Ты вновь меня ведешь, и в отдаленья, робко, Иду я за тобой, — Сквозь сумеречный лес, среди трясины топкой, Чуть видимой тропой. Меж соснами темно; над лугом тенью бледной Туман вечерний встал; Закатный свет померк на выси заповедной Даль оградивших скал. Мне смутно ведомо, куда ведет дорога, Что будет впереди... Но если шаг порой я замедляю, – строго Ты шепчешь мне: иди! И снова мы пройдем по кручам гор, по краю Опасной крутизны. Мир отойдет от нас, и снова я узнаю Все счастье вышины. На горном пастбище, меж сосен оголенных, Сквозь голубую тень, Мне явится, с крестом среди рогов склоненных, Таинственный олень. Ты вскрикнешь радостно; в свои надежды веря, Ты сделаешь мне знак; И будет озарен крестом лесного зверя Вдруг отступивший мрак. Расслышу с грустью я, как ты, клонясь всем телом, Прошепчешь мне: молись! Я руку подыму с привычным самострелом... Стрела взовьется ввысь... Вдруг пропадет олень; со стоном безнадежным Исчезнешь ты; а я Останусь, как всегда, спокойным и мятежным, Ответный вздох тая. 7 января 1910
