Понедельник, 04.03.2024, 11:47 Мой сайт Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Категории раздела
Иван Андреевич Крылов [31]
Басни
М. АВДОНИНА и другие [97]
Александр Алейник [87]
Апология
Эдуард Асадов [216]
Судьбы и сердца Стихи и поэмы
Белла Ахмадулина [279]
Сборник стихов
Евгений Абрамович Боратынский [125]
Полное собрание сочинений
Вадим Бабенко [69]
Из книги "Гудвину и Кет"и Из книги "Двойник" и Разное 1996-1999
Борис Пастернак [128]
Осетинская лира [34]
Думы сердца, песни, поэмы и басни
Валерий Брюсов [455]
Полное собрание
Гаврила Державин [20]
Стихотворения
Форма входа

Популярные стихи
СОЛНЦЕ И МЕСЯЦ
ОТЪЕЗД
(БАЛКОН)
СИЯНЬЯ
«Чем — не боги же — поэты…»
ДЕРЕВЬЯ
ЦАРЬ-ДЕВИЦА
Статистика

Онлайн всего: 4
Гостей: 4
Пользователей: 0
Главная » Статьи » Вадим Бабенко

МИНИАТЮРА

Любимые картины: кипарис
с расщепленным стволом почти у края
дороги к морю - у больших колонн,
которые по замыслу должны
вечать дорогу, но они, скорее,
дорогу продолжают, замыкая
залив на облака. У облаков -душистая оливковая роща,
по многу раз меняющая цвет
на дню, великолепные ступени -
их множество, он так и не собрался
их сосчитать, - прохладный белый мрамор
ведет к воде, мелькая там и тут
в постриженном кустарнике: дорога
примерно с милю. Дальше? - Дальше берег,
доверчивые краски мелководья,
песок, промытый мягкими руками
наложниц, - и зеленая волна,
неровная сплошная полоса
прибрежных рифов, пенная гряда...
Затем залив кончается, за ним
кончаются дворцовые владенья,
от их границы тянутся сады,
холмистые участки, из долины
ползут стада - а несколько правей
отчетливо притягивает глаз
скала: необъяснимый наглый выступ
в пространство, в бесконечность, и на нем -
дом Цирника. Он выглядит отсюда
бесплотным, но от этого добрей
не кажется... Ах, Цирник, злейший враг,
последний из оставшихся, точнее,
из тех, кто оставался - Цирник умер
сегодня утром. Утром же ему
об этом сообщили - против правил,
на страх и риск: из утренних вестей
по строгому его распоряженью
все смерти исключают, но теперь
дежурный секретарь решил рискнуть
и, верно, был неправ - по крайней мере,
наград не будет. Взбучек, впрочем, тоже.
"Секретари, вообще, весьма глупы," -
он прислонился к каменной плите
и глянул вниз, почувствовав щекой
холодный камень. Мир не стал другим.
Лишь время стало - пусть не сбившись с шага,
но затаившись, как перед прыжком,
и четко зная цель. Дорога вниз
слепила: солнце. Он отвел глаза
и попытался подсчитать часы
до встречи с Клеодором - выходило
чуть больше трех. "Советник Клеодор -
боль в заднице, но лучший, нет сомнений."
Устав от солнца он ушел с балкона
в большую залу. "Где теперь Наина?"
"В библиотеке?.." Нечего таить
от самого себя - знакомый приступ
отчаянья подкрадывался. Он
привык распознавать его приход
заранее - по судороге рта,
по коликам в груди, - "как ни старайся,
от этого не скрыться, и ни с кем
его не разделить..." Он не старался
ни разу - ни на шумных площадях,
ни на пирах, смущаясь пустотой
и ложью, ни в заброшенном дворце,
спасаясь от жестоких мятежей
в своей постели, прогоняя слуг,
внезапно представая недостойным
ни титула, ни имени - но лишь
на миг, и время прячет этот миг
в таких глубоких складках, что никто
к нему не подберется. Что ж, и время бывает
милосердным... Он прилег
на жесткий выступ и закрыл глаза.
Час нужно потерпеть. Всего лишь час.
Не так уж страшно - слуги не придут
без вызова, и встреча с Клеодором
еще не очень скоро, все пройдет
бесследно. Странно - мир не стал другим.
Быть может - оттого, что Цирник умер
нежданно? Впрочем, смерть всегда внезапна.
Как истина. Отличье только в том,
что истина страшнее... Зуд в затылке
стал жарче. Потерпеть какой-то час -
не слишком много, если мерить время
минутами, секундами - всем тем
набором бесполезных величин,
который подло заставляет верить,
что что-то остается в пустоте,
когда умрут последние враги -
хоть что-то, пусть оливковая роща,
ступени, не сосчитанные днем,
Наина... И легко схватить обман
за отворот плаща и развернуть
рывком к себе, отбросить капюшон,
и вдруг понять, что, правда, Цирник умер,
перед тобой всего лишь секретарь,
один из них, похожих друг на друга,
как волны на волну, на смерти смерть, -
и вновь вернуться к собственному бреду,
расталкивая дикие слова,
стараясь всплыть и зная, что всплывешь
к тем берегам, где время недвижимо,
как не обманывай себя, и где
застыли удручающей приманкой
любимые тобою миражи -
тень кипариса, мраморный балкон,
слащавая зеленая вода,
прохладный сумрак затемненной залы,
лед у затылка и - немного счастья.
1995
Категория: Вадим Бабенко | Добавил: lirikalive (23.04.2011)
Просмотров: 2061 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Читаемое сегодня
БРОЖУ В УЩЕЛЬЕ У ШИМЭНЬЦЗЯНЬ - ПОТОКА КАМЕННЫХ ВОРОТ маникюр
Пляска смерти
ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ АБСТРАКЦИЯ
СВЯТОЙ ЧЕТВЕРГ
ПРОВОЖАЯ ЦЗЫЧЖОУСКОГО ЛИ ШИЦЗЮНЯ
Слепые
НАДПИСИ
Интересное
ВЕРЮ ГЕНИЮ САМОМУ
НАЧАЛО
Оберег
ЭЛЕКТРОКАРДИОГРАММА
Невозможно собрать воедино
Белый цветок
ДЕНЬ ПОЭЗИИ
Поиск
Копирование материалов допустимо только при наличии ссылки на сайт www.lirikalive.ru© 2024