Воскресенье, 17.02.2019, 01:04 Мой сайт Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Категории раздела
Иван Андреевич Крылов [32]
Басни
М. АВДОНИНА и другие [97]
Александр Алейник [87]
Апология
Эдуард Асадов [216]
Судьбы и сердца Стихи и поэмы
Белла Ахмадулина [281]
Сборник стихов
Евгений Абрамович Боратынский [124]
Полное собрание сочинений
Вадим Бабенко [69]
Из книги "Гудвину и Кет"и Из книги "Двойник" и Разное 1996-1999
Борис Пастернак [128]
Осетинская лира [34]
Думы сердца, песни, поэмы и басни
Валерий Брюсов [458]
Полное собрание
Гаврила Державин [20]
Стихотворения
Форма входа

Популярные стихи
ЧАЙКА
МАРИНА
ПЕСНЯ ЦЫГАНКИ
«Никуда не уехали — ты да я…»
КРЫЛАТОЕ
БЕРЕГИСЬ…
ЛЕБЕДЬ
Статистика

Онлайн всего: 5
Гостей: 5
Пользователей: 0
Главная » Статьи » Эдуард Асадов

ОТЪЕЗД



Громов ходит быстро вдоль вагона,
Нервно щиплет жесткие усы
И все чаще смотрит на часы,
Что сияют в глубине перрона.
Как нескладно все выходит, право,
Стрелки так стремительно бегут..
Вот до отправления состава
Остается только семь минут.
Он понять не может: в чем причина?
Что случилось? Ведь не может быть,
Чтоб Галина, верная Галина,
Не примчалась мужа проводить!
До сих пор все складывалось славно:
Он. Андрей, окончил институт.
- Ну, жена, Галина Николавна,
Вот диплом, а вот уж и маршрут.
Я геолог! Неплохое званье!
Ну не хмурься... Я ж приеду скоро.
Значит, Лешка, я и Бойко Таня
Едем под командой Христофора.
Христофор Иваныч! Сказка прямо!
Автор добрых тридцати трудов
Нас берет на поиски вольфрама.
"Самых, - говорит, - беру орлов".
Есть речушка со смешным названьем...
Вспомнил: "Каква"... Знаешь: лес... Урал...
Наших трое: Лешка, я и Таня.
Впрочем, это я уже сказал...
Нам на всё три месяца даны.
- Эх, Андрюша, мне ли привыкать!
Тот, кто ждал любимого с войны,
Уж, поверь мне, научился ждать.
У Галины крыльями ресницы,
А глаза - два темных василька.
Улыбнется Галя - и река,
Улицы, деревья, облака -
Все в глазах смеется и дробится...
Вышло так: вдруг кем-то почему-то
Был маршрут "проверен", "уточнен",
И отъезд в последнюю минуту
На день раньше был перенесен.
Как тут быть? Галинки нету дома,
А сегодня ехать... Вот задача!
Он поспешно позвонил знакомым,
На работу - всюду неудача!
Вещи все уложены давно
Нежными стараниями Гали.
Он письмо оставит. Решено.
И жену дождется на вокзале.
И сейчас вот быстро вдоль вагона
Он шагает, теребя усы,
То и дело глядя на часы,
Что сияют в глубине перрона.
Пять минут... Ведь это очень мало...
А Галины до сих пор все нет.
Может быть, письма не прочитала?
Где-то задержалась? В чем секрет?
- Эй, Андрюша, погоди немножко! -
И с площадки, прожевав галету,
Быстро спрыгнул веснушчатый Лешка -
Знаешь, есть счастливая примета:
Эта вот платформа - номер три.
И вагон наш третий... Нет, серьезно...
Место третье у тебя, смотри!
Поезд тоже третий... Грандиозно!
Стой! И три минуты до отхода!
Ты счастливец! Вот взгляни, сейчас
Из гудящей сутолки народа
Вспыхнет пара темно-синих глаз...
Я ведь знаю, будет все в порядке.
Галя - это ж золотник урана! -
В это время вышла на площадку
Статная, высокая Татьяна.
На друзей спокойно поглядела
И сказала: - Граждане, в вагон!
Христофор Иваныч возмущен.
Был свисток, и тут стоять не дело.
Взгляд похож нередко на людей:
Тот в улыбке доброй расплывется,
Этот строг и важен, как музей,
Тот сердит, а этот вон смеется...
Танин взгляд был чем-то вроде лорда:
Не смеялся он и не страдал,
А при встрече холодно и гордо
Словно б вам два пальца подавал.
2
Мчит состав, по стеклам бьют дождинки,
Канул в ночь вокзала яркий свет...
Эх, Галинка, милая Галинка!
Прибежит, а поезда уж нет...
Впрочем, ладно. И не так случалось -
Был состав, и с Галей был Андрей.
Но хотя прощанье состоялось,
А на сердце было тяжелей.
* * *
Сорок первый. Грохот эшелонов.
В новенькой пилотке, в сапогах,
В толкотне стоял Андрюша Громов,
Ветку липы теребя в руках.
Видел он, как старшина кого-то
Распекал за смятый котелок,
Как супруга командира роты
Все совала мужу узелок.
Тот не брал: - Оставь, снеси ребятам...
Ну не плачь, Маруся... ничего... -
И смущался, видя, что солдаты
Из вагонов смотрят на него.
Десять лет Андрей учился с Галей.
Галя - друг. Да мало ли друзей?
Почему же нынче на вокзале
Он с тоскою думает о ней?
Как вчера он с Галей попрощался?
"Не забудь... Пиши мне..." Эх, дубина!
Лжешь, что дружба, лжешь, а не признался,
Испугался синих глаз Галины.
"Не забудь, пиши мне..." Ну и пусть!
Так тебе и надо, жалкий трус!
Забирай теперь в дорогу грусть,
Увози неразделенный груз!
Но когда Андрей шагнул к вагону,
Каблуком притопнув по окурку,
То увидел вдруг в конце перрона
Легкую знакомую фигурку.
Галя шла, бежала все быстрее,
Словно что-то потерять боясь,
И, когда увидела Андрея,
Вдруг густым румянцем залилась.
Грудь ее порывисто вздымалась,
Руки были холодны как лед.
- Знаешь, я как раз не собиралась..,
Впрочем, нет... Совсем наоборот...
Был таким рубиновым закат,
Что хоть кисть макни в него, и вот
На стене бы запылал плакат:
"Комсомольцы, дружно все на фронт!"
Лязгал штык, команды раздавались,
Где-то под гармошку напевали...
Возле эшелона на вокзале
В первый раз они поцеловались.
И увез он марш военных труб,
Полный горя синий взгляд Галинки,
Вкус ее сухих горячих губ
И солоноватый вкус слезинки...
Про любовь Галина не сказала.
Взгляд на все ответил откровенно.
Ну а писем разве было мало?
Два письма в неделю непременно.
Что письмо?! Но если приглядеться,
Это ж ведь и есть любовь сама.
Ровно триста сорок два письма.
Триста сорок две частицы сердца!..
* * *
Это было десять лет назад...
И сдается, что совсем недавно...
Эх, жена, Галина Николавна,
Где же нынче был твой синий взгляд?
Что могло с тобою приключиться?
За окошком полночь. Холодок...
Сел Андрей. Не хочется, не спится!
- Лешка, брось мне спичек коробок.
Таня спички со стола взяла,
Кинула Андрею, усмехнулась:
- Что, геолог, нелегки дела? -
И, локтями хрустнув, потянулась.
Хороша Татьяна, что скрывать:
Строгий профиль, как из-под резця,
Мягкая каштановая прядь,
Блеск зубов и матовость лица.
Только это ни к чему Андрею,
Он спокойно на нее глядит.
Таня - это статуя в музее.
Хороша, а сердце не болит...
За окошком черною лисицей
Ночь несется, к травам припадая.
Эх, Андрей, чего грустить, вздыхая?!
Надо спать. Да вот никак не спится.
- Это скверно: ждать и не дождаться, -
Таня вдруг сурово изрекла. -
Я вот тоже как-то раз, признаться,
Милого напрасно прождала.
Первый курс... девчонка... дура дурой.
И взбрело ж мне в голову тогда,
Что с моим лицом, с моей фигурой
Покорю я парня без труда.
Он был славный, добрый, беззаботный,
С полуслова друга понимал.
А со мной хоть и шутил охотно,
Но любви моей не замечал,
Да, любви, но мне открылось это
Слишком поздно. Так-то, побратимы.
В этом нет уже теперь секрета,
Все ушло и пролетело мимо...
Но тогда мне, помню, показалось,
Что вздыхать, робея, ни к чему
И что, коль со счастьем повстречалась,
Взять его должна я и возьму.
По каким неписаным законам
С давних пор уж так заведено,
Что о чувствах девушкам влюбленным
Первым говорить запрещено?!
Любит парень - парню все возможно!
Признавайся, смотришь - и поймут...
А девчонка - лютик придорожный:
Жди, когда отыщут и сорвут.
Только я не робкого десятка.
Что мне было понапрасну ждать?
Для чего играть со счастьем в прятки?
Он молчит, так я должна сказать!
Помню шумный институтский вечер.
Хриплые раскаты радиолы.
Я решила: нынче эта встреча
Будет не бездумной и веселой.
Пусть она не в парке состоится,
А вот здесь, под меди завыванья.
Что ж, так даже легче объясниться;
Хоть не будет тяжкого молчанья.
Тот пришел с подружкой, тот с женою,
Танцы, смех, веселый тарарам...
Я ж застыла, будто перед боем,
Взгляд и душу устремив к дверям.
Лешка приподнялся моментально
И спросил нетерпеливо: - Ну?
Что же дальше? - Дальше все печально,
Дальше мой фрегат пошел ко дну.
Мой герой явился, только рядом,
Рядом с ним, сияя, шла другая,
Щурилась подслеповатым взглядом...
Рыжая, толстенная, косая...
- Ну а как же он? - воскликнул Лешка.
- Он? - Татьяна зло скривила губы, -
Он блестел, как новая гармошка,
А в душе небось гремели трубы!
Он смотрел ей в очи, ей же богу,
Как дворняга, преданно и верно.
Ну а я, я двинулась к порогу.
Что скрывать, мне очень было скверно.
Сразу стал ничтожным, как букашка,
Разговор наш. Он влюблен. Он с нею!
Да, Андрюша, не дождаться - тяжко,
Потерять же - вдвое тяжелее...
- Таня, брось! - вздохнув, промолвил Лешка. -
Что прошло, того уж не вернешь.
Грусть ли, снег - все тает понемножку.
А виски вот ты напрасно трешь.
Есть примета - постареешь рано.
А для женщин это ж - сущий ад! -
И, поймав его беспечный взгляд,
Улыбнулась строгая Татьяна.
- Слушай, Лешка,- вдруг сказал Андрей. -
Ты приметы сыплешь, будто дождик.
Впрямь ты, что ли, веруешь в чертей?
Ты же комсомолец и безбожник.
Лешка прыснул: - Вот ведь чудачина!
Не во мне таится корень зла.
Просто моя бабка Акулина
Без примет минуты не жила.
И, от бед оберегая внука,
Без сомнений и без долгих дум
Бабка той мудреною наукой
Набивала мой зеленый ум.
Мне плевать на бога и чертей!
Стану ли я глупости страшиться!
Только надо ж как-то разгрузиться
Мне от ноши бабушки моей!
Вдруг профессор приоткрыл ресницы
И сквозь сон сердито пробурчал:
- Что вам, полуночники, не спится?
Ночь давно. Кончайте свой кагал!
Он еще побормотал немножко,
Сонно потянулся и зевнул.
Щелкнул выключатель у окошка,
И вагон во мраке потонул.
- Есть примета, Христофор Иваныч, -
Улыбнулся Лешка. - Верьте мне:
Никогда нельзя сердиться на ночь -
Домовой пригрезится во сне...


Категория: Эдуард Асадов | Добавил: lirikalive (27.01.2011)
Просмотров: 1857 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Читаемое сегодня
БЕСЕДКА НА БЕРЕГУ РЕКИ
ИСТИНА В ВАЙНЕ
Игра
ПЛАЧУ ПО СТОЛИЦЕ ИНУ
Фонтан крови
ПЕСНЯ ДИКОГО ЦВЕТКА
ШЕСТОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ
Интересное
БЛЮЗ БОЛЬШОГО ЯБЛОКА
КОМАРЫ
ОДА "КРАСНОМУ ОКТЯБРЮ
ПОДВАЛ
Человек в чисто поле выходит
Влечет меня старинный .слог
НЕГАДАННЫЙ ПРИЕЗД
Поиск
Копирование материалов допустимо только при наличии ссылки на сайт www.lirikalive.ru© 2019