Любезный Филофей! Твоя теперь я бабка,
с тобою говорю о сухости в штанах,
поскольку есть места, где очень сердцу зябко,
и там оно дрожит, как на ветру монах.
Три годика тебе, а мне - седьмой десяток,
ты - крошечный блондин, а я - большой седин.
Все пишут для тебя про кур и поросяток,
которых иногда мы все-таки едим…
Ты прибыл в хищный мир, скуластый мой кочевник,
и святость хищных книг завьет тебя в обман,
как завивает в сон ягненка у харчевни
струистый жар, и дым, и вид на океан.
Но ты, любимец фей, не вздумай лезть в повозку,
где дремлет вкусный скот! И вкусным быть не смей!
…Лазурь - в твоем глазу, похожем на стрекозку.
И фейский твой язык - законный мой трофей.
1998
|
