Луна стоит над призрачной горой; Неверным светом залита окрестность^ Ряд кипарисов вытянулся в строй; Их тени побежали в неизвестность. Она проснулась и глядит в окно... Ах, в полночь всё странней и идеальней! Как давит бедра это полотно, Как мало воздуха в знакомой спальне! Она молчит, и всё молчит вокруг, Портьеры, дверь, раздвинутые ставни. И рядом спит ее привычный друг, Знакомый, преданный, любовник давний. Он рядом спит. Чернеет борода И круг кудрей на наволочке белой. Он равномерно дышит, как всегда; Под простыней простерто прямо тело. Луна стоит. Луна ее зовет В холодные, в свободные пространства. В окно струится свет, и свет поет О тайной радости непостоянства... Встать и бежать... Бежать в лучах луны, По зелени, росистой, изумрудной, На выси гор, чтоб сесть в тени сосны, И плакать, плакать в тишине безлюдной! Под простыней тревожно дышит грудь, Мечты влекутся в даль и в неизвестность... Луна плывет и льет живую ртуть На сонную, безмолвную окрестность. 10 января 1910
