О жест зимы ко мне, холодный и прилежный. Да, что-то есть в зиме от медицины нежной. Иначе как же вдруг из темноты и муки доверчивый недуг к ней обращает руки? О милая, колдуй, заденет лоб мой снова целебный поцелуй колечка ледяного. И все сильней соблазн встречать обман доверьем, смотреть в глаза собак и приникать, к деревьям. Прощать, как бы играть, с разбега, с поворота, и, завершив прощать, простить еще кого-то. Сравняться с зимним днем, с его пустым овалом, и быть всегда при нем его оттенком, малым. Свести себя на нет, чтоб вызвать за стеною не тень мою, а свет, не заслоненный мною.
