С аэроплана посылаю
Письмо — кому? Кому-нибудь.
Хочу сказать, что умираю,
Что тяжкий камень давит грудь.
Знакомый летчик, парень смелый,
Мне обещался сбросить лист.
(Я знаю, летчик этот — белый,
Хоть говорит, что коммунист.)
Кому б листочки ни попались,
Пусть он поверит, пусть поймет:
Мы ныне в муке все сравнялись,
Нет ни рабочих, ни господ.
Я сам рабочий, пролетарий,
Из Петрограда — металлист;
Схватили, заперли в подвале
За то, что я — социалист.
Жена сидела и сынишка,
Сидели с нами мужики -
Зачем не ссыпали «излишка»
Армейцам красным в сундуки.
В допросах мы хлебнули горя:
Ходил кулак, свистела плеть…
Жена моя скончалась вскоре,
Да что ж! И лучше помереть.
О мне не толк — мы все страдальцы.
На землю нашу пала тень.
Впились в нас дьявольские пальцы,
И недалек последний день.
Скажите всем — ужель не знают?
Ужель еще не пробил час?
Что красный дьявол замышляет,
Прикончив здесь — идти на вас.
Скажите всем, что небо грозно,
Что гибель наша — гибель вам.
Скорей, скорей, пока не поздно!
Идите все на помощь к нам!
Труслив наш враг, хотя и ловкий,
Легко с ним справимся и мы…
Но развяжите нам веревки,
Освободите из тюрьмы!
Зовем из вражеского стана,
Из преисподней мы кричим…
Лети, письмо с аэроплана,
К свободным, честным и живым!
|
