«Будь проклят! Ты сладкий путь Мне преградил К отчаянию…» Так в «Ричарде» Шекспир воскликнул.
Недостаток возможного Равен немоте. Необходимость Как бы состоит из гласных. Но чтобы их произнести, Необходимо ни что иное как возможное.
Кто измерял возраст надежды? Но это полная пустая чепуха! Ибо надеяться на всё и, Точно так же, приходить в отчаянье, Ничего из этого всего не получая, Это и значит — Не иметь ни истинной надежды, Ни настоящего отчаяния.
Вот истинный критерий: для Бога всё возможно. И это истина на все-все времена. И на каждое мгновенье, кстати, тоже. И это повторяют все, как простенький припев. Но решающим, конечно, оно будет Только для того, кто дошёл уже до края, Когда уже закончились наличные возможности…
Точно также спасение — Это высшая невозможность для человека. Но для Бога ведь всё возможно! Это и есть как раз рубеж, На котором происходит последняя битва веры. Она как безумная сражается за возможное. И без неё нет никакого спасения.
Лишаясь чувств, субьект кричит обычно: «Воды!», «Одеколона!», или там «Нашатыря!» Ну а тому, кто впал в отчаяние, Кричать положено как можно громче: «Возможное!.. Возможное – подать сюда!»
