Я знаю сладкий яд, когда мгновенья тают И пламя синее узор из дыма вьет, А тени прошлого так тихо пролетают Под вальс томительный, что вьюга им поет.
О, я не тот, увы! над кем бессильны годы, Чье горло медное хранит могучий вой И, рассекая им безмолвие природы, Тревожит сон бойцов, как старый часовой.
В моей груди давно есть трещина, я знаю, И если мрак меня порой не усыпит, И песни нежные слагать я начинаю —
Все, насмерть раненный, там будто кто хрипит, Гора кровавая над ним все вырастает, А он в сознанье и недвижно умирает.
