Уединение любя, Чиж робкий на заре чирикал про себя, Не для того, чтобы похвал ему хотелось, И не за что; так как‑то пелось! Вот, в блеске и во славе всей, Феб лучезарный из морей Поднялся. Казалось, что с собой он жизнь принёс всему, И в сретенье ему Хор громких соловьёв в густых лесах раздался. Мой Чиж замолк. «Ты что ж, – Спросил его с насмешкой Ёж, – Приятель, не поёшь?» – «Затем, что голоса такого не имею, Чтоб Феба[1] я достойно величал, – Сквозь слёз Чиж бедный отвечал, – А слабым голосом я Феба петь не смею». Так я крушуся и жалею, Что лиры Пиндара[2] мне не дано в удел: Я б Александра пел. [1] Феб (римск. миф.) – бог света, покровитель искусств.
[2] Пиндар – древнегреческий поэт, автор торжественных лирических произведений.