Я не знаю, ну что это в нас такое
И какой это все приписать беде?
Только слыша подчас про людей дурное,
Мы легко соглашаемся, а порою
Даже верим заведомой ерунде!
И какой все нелепою меркой мерится.
Вот услышит хорошее человек,
Улыбнется: как видно, не очень верится,
А плохое запомнит почти навек!
То ль кому-то от этого жить острее,
То ли вправду не ведают, что творят,
Но, чем сплетня обиднее и глупее,
Тем охотней и дольше ее твердят.
А раз так, то находятся "мастера",
Что готовы, используя глупость эту,
Чье-то имя, поддев на конец пера,
Очернить и развеять потом по свету.
И ползут анонимки, как рой клопов,
В телефонные будки, на почты, всюду,
Чтоб звонками и строчками лживых слов
Лицемерить и пакостить, как иуды!
Но всего удивительней, может статься,
Что встречаются умные вроде люди,
Что согласны копаться и разбираться
В той плевка-то не стоящей даже груде!
А "жучки-душееды" того и ждут:
Пусть покрутится, дескать, и пусть попляшет!
Сколько крови попортит, пока докажет,
Говоря фигурально, "что не верблюд"!
А докажет, не важно! Не в том секрет.
Все ведь было разыграно честь по чести!
И нередко свой прежний авторитет
Человек получает с инфарктом вместе...
А порою, как беженец на пожарище,
Он стоит и не знает: с чего начать?
Гром затих, только силы откуда взять?
Нет, нельзя и неправильно так, товарищи!
Пусть умел и хитер клеветник подчас,
И на хвост наступить ему часто сложно,
Только дело в конечном-то счете в нас,
И бороться с мерзавцами все же можно!
Коли сплетня шмелем подлетит к плечу,
Не кивай, а отрежь, как ножом: - Не верю! -
Нет, не то чтоб: "подумаю" и "проверю"...
А: - Не верю, и кончено. Не хочу!
А случилось письмо тебе развернуть,
Где коварства - преподлое изобилие,
Ни обратного адреса, ни фамилии,
Плюнь, порви и навеки о нем забудь!
Если ж вдруг в телефонные провода
Чей-то голос ехидное впустит жало,
Ты скажи ему: - Знаешь иди куда? -
И спокойно и тихо пошли туда,
Где хорошего в общем-то очень мало...
И конечно же, если мы неустанно
Будем так вот и действовать всякий раз,
То без пищи, без подленького тумана
Все подонки, как черные тараканы,
Перемрут как один, уверяю вас!