Подстриженных деревьев низкий ряд.

Усыпанная гравием дорожка.

Здесь каблучком стучит порою ножка,

И мятым шелком юбки шелестят.

Когда не вовсе Ваш притворен взгляд

И Вы меня… жалеете немножко,

Вы поутру придете в тихий сад,

Чуть Феба первый луч блеснет в окошко.

Там у беседки мраморных колонн

Я Вам прочту, коленопреклонен,

Сонет, что вдохновлен сегодня Вами.

О, Вы простите дерзкие слова:

От Ваших глаз кружится голова,

А быть правдивым Вы велели сами!

1907

* * *

«Меланхоличность буксовых аллей…»

Меланхоличность буксовых аллей,

Дыханье ветерков неуловимых,

Златая гладь прудов невозмутимых,

Ленивое плесканье лебедей.

Но сердцу томному всего милей

Средь образов заветных и любимых

Беседка в розовых вечерних дымах,

Беседка — пышный замок в царстве фей.

* * *

«Не тянет глубь. Не манит высь…»

Не тянет глубь. Не манит высь.

А пустота ночей страшна.

Недоброй гостьи берегись.

Беги полночного окна.

Она страшнее, чем гроза.

Она к стеклу прильнет, как вор.

И будут белые глаза

Глядеть тебе в лицо. В упор.

А ночь идет. л сон Далек.

А горло сдавлено в тиски.

И белоогненный поток

В твои вливается зрачки.

А ночь идет. Огонь потух.

И мрак — всевластный господин.

Не воет пес. Молчит петух.

И с нею ты один. Один.

И медлит ночь. Часы ползут.

Улиток ход стократ быстрей.

Она с тобой. Она вот тут.

Ты не сведешь с нее очей.

Огнем горит недобрый зрак.

Все — яркий свет. Все — белый свет.

Упала ночь. Отпрянул мрак.

Но свет дневной не будет. Нет.

1907