От Европы старинной Оторвавшись, Алжир, Как изгнанник невинный, В знойной Африке сир. И к Италии дальной Дивно выгнутый мыс Простирает печальный Брат Алжира, Тунис. Здесь по-прежнему стойки Под напором ветров Башни римской постройки, Колоннады дворцов. У крутых побережий На зеленом лугу Липы, ясени те же, Что на том берегу. И Атласа громада Тяжела и черна, Словно Сьерра-Невада Ей от века родна. Этих каменных скатов Мы боялись, когда Варварийских пиратов Здесь гнездились суда. И кровавились воды, И молил Сервантес Вожделенной свободы У горячих небес. Но Алжирского бея Дни давно пронеслись. За Алжиром, слабея, Покорился Тунис. И, былые союзы Вспомнив с этой страной, Захватили французы Край наследственный свой. Ныне эти долины Игр и песен приют, С крутизны Константины Христиан не столкнут. Нож кривой янычара Их не срубит голов И под пулей Жерара Пал последний из львов. И в стране, превращенной В фантастический сад, До сих пор запрещенный, Вновь зацвел виноград. Средь полей кукурузы Поднялись города, Где смакуют французы Смесь абсента и льда. И глядят бедуины, Уважая гостей, На большие витрины Чужеземных сластей. Но на север и ныне Юг оскалил клыки. Все ползут из пустыни Рыжей стаей пески. Вместо хижин – могилы, Вместо озера – рвы… И отходят кабилы, Огрызаясь, как львы. Только белый бороться Рад со всяким врагом: Вырывает колодцы, Садит пальмы кругом. Он выходит навстречу Этой тучи сухой, Словно рыцарь на сечу С исполинской змеей. И, как нежные девы Золотой старины, В тихом поле посевы Им одним спасены.
